Список ВАК как зеркало российской науки
1 сообщение
• Страница 1 из 1
- Перекати-поле
- Местный
- Сообщения: 980
- Зарегистрирован: 25-01-2006
Список ВАК как зеркало российской науки
Перекати-поле » 09-09-2007
Статья для аспирантов, докторантов и сочувствующих на полит.ру
(авторизуйтесь для просмотра ссылок)
«Прогресс науки обратно пропорционален числу выходящих журналов» – этот шестой закон Паркинсона мог бы стать эпиграфом к июльской редакции списка научных журналов и изданий ВАК. Главный закон российской политики последних лет «все построить и все упорядочить» привел к тому, что и так не очень успешно работающее peer-review в России все более подменяется неэффективным в науке state-review. Так и не возродившаяся в полной мере российская «республика ученых» теряет возможности и стимулы для самоорганизации и самоочищения, а роль главного научного рецензента в России исполняет не профессиональное научное сообщество, а государство в лице, в большинстве своем некомпетентных в науке чиновников.
"Полит.ру" уже не раз обращалось к феномену списка ВАК, обсуждая его как с самим председателем Высшей Аттестационной Комиссии, академиком Михаилом Кирпичниковым (интервью Ольги Орловой), так и анализируя декабрьскую версию списка и отклики ученых на его публикацию (эссе Алексея Куприянова) [1, 2]. Мы провели опрос среди ряда российских ученых с просьбой прокомментировать июльскую версию списка ВАК. Результаты опроса смотрите ниже.
Новейшая история Перечня научных журналов и изданий ВАК такова. Он был введен в 2001 году, опубликован в «Бюллетене ВАК» №1 за 2002 год и, по мнению нынешнего куратора списка, начальника отдела диссертационных советов Управления государственной аттестации научных и научно-педагогических работников Рособрнадзора Владимира Мамаева, стал «важным рубежом для системы аттестации научно-педагогических кадров».
Между тем В. Мамаев отмечает, что «в целом для системы аттестации вопрос о “ваковском” перечне журналов – вторичный. Первичным и основным звеном в борьбе за качество работ являются диссертационные советы» и сетует, что «к сожалению, у нас до сих пор не принято Положение о диссертационном совете» (уже после публикации этого интервью в «Поиске» в декабре 2006 г., положение было принято Приказом Минобрнауки от 9 января 2007 г. №2 и опубликовано на сайте ВАК 7 марта 2007 г.). Он объясняет ввод Перечня ВАК тем, что в конце 1990-х гг. происходил лавинообразный рост числа журналов и изданий, «многие из которых называли себя научными», а «для экспертов ВАК журналы, в которых выходили статьи защищающихся, были совершенно незнакомы» [3].
По словам представителя Рособрнадзора, журналы из Перечня – это своеобразная трибуна, «с которой ученый заявляет о своем вкладе в науку». Воспользовавшись удачной метафорой В. Мамаева, читатель легко представит себе высокую трибуну нормальной международной науки, голос ученого с которой слышен и понятен коллегам всех стран мира, и стоящую вдалеке трибуну «Российская наука по версии ВАК», которая, к сожалению, по большей части, находится вне зоны видимости и слышимости для мировой науки. Если попасть на одну трибуну – довольно сложно и почетно, речи (статьи) должны быть тщательно проверены как самими авторами, так и рецензентами ведущих научных журналов мира, то доступ на другую предоставляется авторам совершенно разного уровня, как профессионалам, так и некомпетентным лицам. С трибуны «списка ВАКа» звучат заявления о научном вкладе, как прошедшие профессиональное рецензирование, так и без него, и порой единственным критерием для публикации является наличие щедрого финансового взноса в редколлегию того или иного журнала или издания.
Вообразив все это, читатель, возможно, спросит: Зачем же нужны две разные трибуны? «Прыгаем» ли мы в два разных «бассейна» или «бассейн» мировой науки все-таки один? Есть ли шансы, что, научившись «прыгать» с низенького и легкодоступного бортика «списка ВАК», российские ученые станут «нырять» в мировую науку с более высокой трибуны общемировой науки? Что можно сделать для того, чтобы российской науке не требовалась эксклюзивная трибуна для прыжков? Для ответа на этот вопрос рассмотрим физические характеристики: длину, ширину и высоту сектора для «прыжков» в российскую науку и динамику его изменений за 2001-2007 годы.
Трибуна российской науки
Первый список ВАКа содержал 640 российских журналов и изданий, носил рекомендательный характер и предназначался, прежде всего, для соискателей докторской степени. Через пару лет руководству ВАК показалось, что «перечень хорошо дисциплинирует соискателей» и надо развивать этот инструмент [3]. В 2002 году появилось формальное требование, что список ВАК обязателен для публикаций соискателей докторских степеней. В «Положении о порядке присуждения ученых степеней», утвержденном постановлением Правительства Российской Федерации от 30 января 2002 года №74 и опубликованном на сайте ВАК 14 октября 2002 года говорилось: «Основные научные результаты диссертации должны быть опубликованы в научных изданиях. Основные научные результаты докторской диссертации должны быть опубликованы в ведущих рецензируемых научных журналах и изданиях. Перечень указанных журналов и изданий определяет ВАК» (пункт 11).
Однако правило, касающееся необходимости опубликования работ в журналах из списка ВАК, фактически стало действовать только с 1 июля 2004 года. 8 июня 2004 года руководителям докторских диссертационных советов было разослано письмо Президиума ВАК, в котором говорилось, что докторские диссертации, «…защищенные после 1 июля 2004 года без опубликования основных научных результатов в ведущих научных журналах и изданиях» в Перечне ВАКа, « будут отклонены в связи с нарушением п. 11 Положения о порядке присуждения ученых степеней».
Заметим, что список не содержал ни одного ведущего международного журнала, что создавало определенные трудности для тех соискателей российской докторской степени, кто предпочитал публиковаться только в зарубежных научных журналах.
Список корректировался, видоизменялся и к 2005 г. содержал около 1100 наименований – простой перечень журналов и изданий без указаний кандидатской или докторской специализации или научной дисциплины. В мае-июне 2005 г. Президиум ВАК к основному списку А добавил список Б (опубликован в «Бюллетене ВАК», №4, 2005 г.). В нем, по-прежнему, не было ни одного международного журнала, зато появилось множество ведомственных журналов, в т.ч. 75 журналов с названием «Вестник…». Как отметил в декабре 2005 г. профессор, председатель докторского диссертационного совета при СПбГУ Константин Холшевников, с введением в действие списка Б все плюсы от введения списка ВАК исчезли, остались лишь минусы [4].
В это время, в течение 2004-2005 гг., ВАК находился в подвешенном состоянии как орган при уже несуществующем Министерстве образования РФ. Затем статус ВАК был, наконец, утвержден (он стал комиссией при Минобрнауки), и руководителя ВАК Г. Месяца сменил новый глава ВАК М. Кирпичников (сообщение на сайте ВАК от 8 января 2006 г.). ВАК и Министерство образования и науки стимулировали ряд реформ, направленных на улучшение качества научной аттестации. В частности, был кардинально пересмотрен Перечень научных журналов и изданий, и что более важно – его статус стал носить обязательный характер уже и для соискателей кандидатских степеней.
В новой редакции «Положения о порядке присуждения ученых степеней» с учетом изменений, внесенных Постановлением Правительства РФ от 20 апреля 2006 г. № 227 пункт 11 гласил: «Основные научные результаты докторской диссертации должны быть опубликованы в ведущих рецензируемых научных журналах и изданиях. Результаты кандидатской диссертации должны быть опубликованы хотя бы в одном ведущем рецензируемом журнале или издании. Перечень указанных журналов и изданий определяется ВАК».
Согласно разъяснению Президиума ВАК от 19 апреля 2007 г., Перечень ведущих рецензируемых научных журналов и изданий стал рассматриваться как один из инструментов подъема уровня требований к системе экспертизы в российской науке и контроля над тем, чтобы публикации соискателей учёных степеней были актуальными, качественными и содержали научную новизну.
Теперь соискатель, желающий получить российскую степень кандидата наук, должен формально опубликовать как минимум одну статью в журнале из списка ВАК (хотя советы при ведущих вузах и институтах фактически могут потребовать не менее 3 статей, а по физмат и естественно-научным специальностям от соискателя даже наличия хотя бы одной публикации в международном общепризнанном издании).
Необходимое число статей для будущего доктора наук в новой редакции Положения не определено – обычно докторанты выходят на защиту не со статьями, а с научной монографией, однако в случае защиты докторской диссертации по совокупности работ (с разрешения экспертного совета ВАК на основании ходатайства диссертационного совета) нужно не менее пятидесяти публикаций в журналах из Перечня ВАК.
Удивительно, что, следуя логике вышеописанных реформ – есть список «хороших» научных журналов и идет работа по закрытию «плохих» диссертационных советов – ВАК не выступил с Перечнем «хороших» научных издательств, в которых докторант должен опубликовать свою книгу с результатами докторской диссертации. По словам ректора РГГУ Е. Пивовара, такая мысль у коллег из ВАКа действительно была, но «потом выяснилось, что в отличие от советского времени, когда были ведущие издательства, [сделать] это сейчас очень проблематично» [5].
Каковы же современные требования к докторской монографии в России? То же «Положение о порядке присуждения ученых степеней» гласит: «Диссертация в виде монографии является научным книжным изданием, содержащим полное и всестороннее исследование темы, прошедшим научное рецензирование и удовлетворяющим критериям, установленным настоящим Положением» (пункт 10). Как должно проходить это рецензирование – не сказано, и публикуемые в России докторские монографии, как и научные статьи, могут быть совершенно разного уровня. По мнению профессора, зам. декана по научной работе филологического факультета МГУ Анны Журавлевой, научное сообщество должно более строго отнестись к изданию докторских монографий. Она полагает, что такая монография «может быть опубликована в любом издательстве при условии, что будет рекомендована к печати редакционным советом какой-либо научной организации и иметь двух рецензентов. И совет, и рецензенты должны быть указаны в книге, и в случае отклонения диссертации ВАК нести профессиональную ответственность». Она также отмечает, что список ВАКа, устанавливаемый чиновниками, «вообще не нужен, хотя, видимо, нужна оговорка, что результаты работы не могут быть представлены исключительно в сборниках тезисов» [5].
Реформа списка ВАК 2006-2007 гг.
Главным шагом в пересмотре списка ВАК (новая версия которого была опубликована 30 ноября 2006 г.) стало введение дополнительного списка из 1423 международных научных журналов (скачать список). Не столь позитивно было воспринято другое нововведение – сокращение российского списка почти на 200 наименований. Для широкой научной общественности принципы сокращения остались неясными – список покинули не только «плохие» издания и журналы, но и вполне добротные, авторитетные издания. Сразу же появилась информация о различных злоупотреблениях со стороны тех журналов, которым посчастливилось остаться в списке: пользуясь своим эксклюзивным положением, некоторые редакции стали требовать с аспирантов деньги за публикацию их статей.
Кроме того, список российских журналов был усложнен, за научными изданиями закрепили определенные научные направления, а также статус кандидатского или докторского издания (последние стали помечаться «звездочкой» – *).
Уже цитировавшийся нами главный куратор этого списка В. Мамаев пояснил газете «Поиск», что он и его коллеги настаивали на более плавном введении нового Перечня, своего рода адаптационном периоде сроком минимум на один год, чтобы соискатели могли привыкнуть к новым правилам, однако такого срока им не дали: «Решение было жестким. Мы смягчили ситуацию в рамках наших полномочий. Специально оговорили, что статьи, которые опубликованы ранее или приняты в этом году к печати в журналах прежнего перечня, но не вошедших в новый, будут засчитываться» [3].
По его словам, главным инициатором корректировки Перечня стал М. Кирпичников. В ВАКе была создана комиссия во главе с академиком Владимиром Шуваловым, были определены основные критерии для подготовки нового перечня. Если реконструировать их из интервью В. Мамаева «Планируйте подвиг. Серьезные научные журналы придется штурмовать» и письма Президиума ВАКа от 30 ноября 2006 года, то эти критерии таковы:
1) «Журналы для апробации докторских исследований должны быть авторитетными, известными не только в России, но и за рубежом. Учитывался также индекс цитируемости изданий» [3];
2) В список рекомендованных зарубежных изданий вошли «наиболее известные в научном мире издания». По информации М. Кирпичникова, в список вошли те журналы, чей импакт-фактор по версии Института научной информации (ISI), публикуемой в журнале Journal Citation Reports, был больше двух;
3) Отбором изданий занимались экспертные советы при ВАК. «Журналы должны быть хорошо известны специалистам и доступны для широкого круга читателей», поэтому одним из «проходных условий» стало наличие свободной подписки и периодичность выхода не менее четырех выпусков в году. «Комиссия академика Шувалова направила экспертным советам …несколько списков: заявки от редакций на включение в перечень, нынешний перечень и список изданий из него, не имеющих индекса ни в одном из общероссийских подписных каталогов. …Издания, которые не смогли или не успели оформить соответствующие договоры, не вошли в перечень» [3]. Таким образом, в список вошли только те издания, которые имели периодичность не реже 4 раз в год и подписной индекс в одном из общероссийских каталогов (ОАО "Роспечать", Объединенный каталог "Пресса России" или Общероссийский каталог "Почта России");
4) Вестники и сборники научных трудов вузов и НИИ включались в перечень «при условии широкой известности конкретных изданий (серий) как в России, так и за рубежом, при этом ориентируя их, прежде всего, для публикации результатов кандидатских диссертационных исследований» [3];
5) Была уточнена тематическая направленность изданий.
К сожалению, каждый из этих критериев весьма уязвим для критики. Что касается первого критерия, то являются ли все докторские издания из списка ВАК авторитетными и известными не только в России, но и за рубежом? Очевидно, что нет. В 2006 г. только 110 российских журналов имели импакт-фактор по версии ISI, а список ВАК в разное время входили и входят 600-800 докторских изданий (см. таблицу ниже).
Говоря о втором критерии, стоит сказать, что включение зарубежных журналов – шаг, безусловно, позитивный. Однако к этим журналам ВАК применил подход очень напоминающий «средняя температура по больнице». По информации на сайте ISI, science версия журнала Journal Citation Reports охватывает 5900 журналов по более, чем 150 техническим, медицинским и естественным наукам, а его social science версия – 1700 журналов по более, чем 50 социогуманитарным дисциплинам. Известно, что у каждой научной дисциплины свои традиции цитирования и устанавливать абсолютный критерий «импакт-фактор больше 2», значит, проявить столь же абсолютное незнание в области наукометрии.
В весьма познавательной статье «Наукометрические методы и практики, рекомендуемые к применению в работе с российским индексом научного цитирования» заместителя директора по управлению электронными ресурсами библиотеки ГУ-ВШЭ Владимира Пислякова приводятся такие данные. Для естественнонаучных дисциплин средний импакт-фактор дисциплины в 2003 г. по данным Journal Citation Reports для клеточной биологии был равен 5,6, для органической химии – 2,2 и для математики – 0,5. Для общественных наук ситуация была столь же неоднородной: геронтология – 2,5, менеджмент – 1,0, история – 0,3. Средний импакт-фактор дисциплины рассчитывался как число всех ссылок, сделанных в 2003 г. на статьи, опубликованные в 2001-2002 гг. в журналах соответствующей дисциплины, деленное на количество этих статей [12, С. 17]. Как видим, критерий «IF больше 2» мог оставить «за бортом» многие издания по математике, органической химии и другим областям науки.
Как отмечает в своей статье В. Писляков, «средние импакты разных дисциплин могут отличаться в несколько раз и даже на порядок». Вышеприведенные цифры говорят о том, что в клеточной биологии каждая статья цитируется в течение двух последующих лет после выхода в среднем более пяти раз ежегодно, в то время как в математике — один раз за все два года. «Обусловлено это различными факторами – от активности развития той или иной отрасли и числа ученых, задействованных в ней, до общей «культуры цитирования», выражающейся, например, в среднем по дисциплине числе пунктов в пристатейной библиографии. Так или иначе, эти сведения показывают, что прямое сравнение импакт-факторов журналов из различных дисциплин не дает осмысленного результата и в большинстве случаев будет скорее отражать особенность научного направления, а не уровень самих журналов» [12, С. 17-18]. (Возможно, ВАКу стоит посоветовать использовать в качестве единого критерия качества научных журналов т.н. «нормированную позицию среди журналов» (normalised journal position). Рассчитанный по несложной методике нормированный показатель меняется от 1 до 0, и чем выше он, тем солиднее выглядят позиции журнала на фоне мировой науки [12, С. 19]).
Анализ зарубежных изданий в списке ВАК показывает, что он на 99% представлен журналами по science тематике. Куда же делись более 1700 зарубежных журналов по социогуманитарным дисциплинам? Неужели у всех из них импакт-фактор меньше 2? Оказывается, нет. У «Quarterly Journal of Economics», импакт-фактор равен 3,9, у «Journal of Accounting & Economics» IF=3,4, у «Annual Review of Sociology» (первое место по социологии, IF=3,3). Складывается впечатление, что про список журналов по social science по версии ISI в ВАКе просто забыли.
Введение формального принципа наличия подписки и ежеквартальной периодичности издания представляется многим ученым шагом также не совсем оправданным. Так, ректор РГГУ Е. Пивовар считает, что такое формальное требование «бьет» по тем академическим ежегодникам, «которые имеют огромный вес: «Средние века» - уникальный орган для медиевистов, но не является журналом» [5]. По информации ряда редакторов журналов, само требование наличия подписки стало для них неожиданным, ВАК не делал по этому поводу каких-либо предупреждений или публичных заявлений, и у редакций не было времени на подготовку.
Четвертый критерий показывает, что ВАК практически расписался в своем бессилии остановить вал низкокачественных кандидатских диссертаций, включив в Перечень малоизвестные вестники и сборники научных трудов вузов и НИИ. Слова «при условии широкой известности конкретных изданий (серий) как в России, так и за рубежом» выглядят, скорее, как насмешка.
Казалось бы, самый безобидный пятый критерий также был воспринят без аплодисментов. Ряд ученых выступили с жесткой критикой списка ВАК за то, что он активно работает против междисциплинарности, так необходимой современной науке, порождая ничем не объяснимые железобетонные барьеры между близкими науками. Часть исследователей обращает внимание на то, что в списке ВАК совершенно неясны принципы предоставления журналам права публиковать результаты исследования по докторским диссертациям: многие авторитетные журналы их не получили, а некоторые совершенно неизвестные – имеют. Также не совсем понятны принципы распределения журналов по дисциплинам.
В публикациях с отзывами на новый список ВАК ученые озвучили несколько другие критерии для формирования высокого Перечня: а) финансовый б) географический. Многие коллеги сошлись в том, что поскольку кандидаты и доктора наук теперь получают надбавку за степень, главным стремлением коллег из ВАКа было просто сократить список журналов, сэкономить деньги, уменьшив число защит. Вячеслав Глазычев, профессор МАРХИ, в свою очередь, предположил, что коллеги из ВАК руководствовались принципом механического растаскивания изданий «по карте страны, чтобы выглядело демократично. …От этой реформы такое впечатление, что аккуратненько, где попало, накололи точки на карте страны» [5]. «Может мне поплясать с бубном?», – замечает один коллега, по-видимому, этнограф, фиксируя совершенно непонятный механизм удаления, возврата и добавления журналов в список ВАК.
Неявные для большинства ученых принципы формирования Перечня, возросшая коррупция в научно-образовательной сфере, вызвали критику не только многих исследователей, но и экспертов Федеральной антимонопольной службы [10]. В мае была опубликована новая редакция списка из 913 журналов и изданий. Публикацию предваряло разъяснительное письмо Президиума ВАК от 19 апреля 2007 г., в котором говорилось, что ВАК учла опыт аттестационной работы в 1 квартале 2007 года, а также предложения, поступившие из отделений РАН и других государственных академий, советов и ассоциаций ректоров вузов и «провела дополнительную коррекцию узких мест, вызывающих напряжения при публикации научных материалов аспирантами и соискателями. В мае - июне 2007 года расширена тематическая направленность значительного числа включенных в Перечень изданий, при этом особое внимание обращалось на обеспеченность журналами регионов». В письме также говорилось, что перечень журналов и изданий будет корректироваться ежегодно и делался анонс новой уточненной июльской версии.
Новый расширенный Перечень ВАК действительно появился в первой половине июля 2007 года, в нем содержалось уже 1319 наименований. Таким образом, по сравнению с декабрем список ВАК был дополнен более 400-ми изданиями и журналами, т.е. увеличился почти наполовину (45%). Новый список почти в полтора раза больше сокращенной декабрьской версии и даже на 20% больше дореформенного. Спрашивается: за что боролись? Как справедливо заметил доктор биологических наук, один из лидеров проекта Scientific.ru Михаил Гельфанд, «результат расширения списка привел к тому, что его существование стало бессмысленным: по-моему, теперь уже нет издания, которое объявляет себя научным и не входит в список» (подробнее комментарий М.Г. см. ниже).
Перевод нескольких версий списков ВАК [6] из Word в Excel позволил нам составить следующую таблицу:
Таблица 1. Как менялось количество изданий в списке ВАК в 2000-2007 гг.
(основана на информации в СМИ и собственных подсчетах автора статьи)
Анализ трех последних «послереформенных» версий позволяет сделать вывод, что на первом этапе с декабря 2006 г. по май 2007 г. список ВАК претерпел только качественные изменения. Аттестационной комиссии удалось сдержать «контрнаступление» научной общественности и сохранить общее число изданий, однако более ста журналов из этого списка были повышены в статусе, получив возможность публиковать изыскания по докторским диссертациям.
Ближе к лету ВАК решил действовать по принципу «чем бы дитя не тешилось, лишь бы не плакало», по сути, одобрив возврат к дореформенному status quo. Общее число изданий опять значительно выросло, в то время как доля «докторских» журналов снизилась за счет роста числа обычных, «кандидатских» журналов. По мнению ряда экспертов, эти изменения носят в т.ч. и предвыборный характер – ликвидировать любые раздражители, спокойствие научного сообщества превыше всего. Возможно, российский список был также расширен, чтобы «уравновесить» его с обширным списком зарубежных научных журналов и изданий.
В интервью Радио «Свобода» (25 июля 2007 г.) М. Кирпичников пояснил, что «…после того, как 900 наименований российских журналов были опубликованы, посыпался вал предложений от журналов. Поначалу было принято решение, что пересмотр будет не раз в пять лет, как было раньше, а раз в году в конце года. Мы это сделали 1 января 2007 года и думали, что следующий пересмотр будет 1 января 2008 года. Но в первый год мы решили сделать сессию сейчас, в мае-июле. И несколько дней тому назад опубликована новая версия с расширением списка российской части журналов до 1300 с лишним российских журналов. Думаю, что это во многом снимет то напряжение, которое было создано» [7].
Далее, академик Кирпичников, реагируя на критику по коррупциогенности данного списка, добавил, что на сайте ВАК был опубликован «некий комментарий к тому, как вообще редакции журналов должны себя вести в этой ситуации по отношению к соискателям». Действительно, в пояснении к Перечню ВАК (30 ноября 2006 г.) написано: «Высшая аттестационная комиссия Министерства образования и науки РФ обращает внимание редакционных советов и лично редакторов отечественных журналов и изданий, включённых в Перечень на необходимость оказания оперативной и бескорыстной поддержки аспирантам и соискателям в опубликовании научных материалов».
Председатель ВАК через эфир радиостанции попросил соискателей, «которые сталкиваются со случаями злоупотреблений, вымогательства [от редакций], немедленно сообщать это в ВАК. …Кроме общего заявления о том, что идет вымогательство, никаких конкретных сообщений не поступает, а это, по существу, не дает ВАКу возможность что-либо предпринять». Кирпичников подчеркнул, что возможности ВАКа по борьбе со злоупотреблениями ограничены, это дело, скорее, Комитета по печати. Узнав о случаях коррупции, ВАК может лишь исключить тот или иной журнал из своего списка. «В конце года мы проведем очередную сессию журналов, и я думаю, что там будут журналы, которые будут исключены из этого списка» [7].
Принципы составления данного Перечня научных журналов и изданий остаются по-прежнему не ясны. На интернет-конференции 23 марта 2006 г. в компании «Гарант» глава ВАК говорил: «это должен быть перманентно меняющийся список. Должны быть выработаны правила игры. Необходимо определить, каким образом должен меняться список, что он должен учитывать...» (этот фрагмент уже цитировался А. Куприяновым в его эссе о списке ВАК) [9].
Тогда же М. Кирпичников заявил, что «по наиболее горячим вопросам, в том числе и по списку журналов, мы будем создавать экспертные рабочие группы. И сейчас поставлена задача, накоплен опыт до того, как мы придем к очередному рассмотрению списка журналов и, соответственно, вопросов, связанных с импакт-фактором журнала и индекса цитирования автора. Вот я бы очень хотел, чтобы комиссия, которая будет у нас функционировать, подготовила свои предложения по ряду вопросов: по списку журналов, по учету импакт-фактора журнала, в том числе по индексу цитирования. То есть эта работа предполагается. Каким будет результат, я думаю, мы узнаем осенью этого года, когда комиссия закончит свою работу» [9]. Осень 2006 года уже давно прошла, а ясных и четких критериев формирования списка ВАК так и не появилось.
Многие ведущие ученые (отклики некоторых из них мы публикуем ниже) говорят, что список ВАК – это нелепость и анахронизм. Однако Михаил Кирпичников в интервью "Полит.ру" отметил, что отказаться от особого российского списка журналов и изданий нет никакой возможности: «Если их отбирать по тому же принципу, что мы отбирали иностранные, – т.е. по импакт-фактору, составляющему больше двух, – лишь несколько российских журналов может попасть в этот список, да и то – по редким специальностям. А ведь у нас огромная страна… Где же смогут опубликоваться те тысячи соискателей, которые сейчас пишут свои научные труды? В конечном счете, хорошо бы, чтобы этот список вообще перестал существовать, потому что, в идеале, результаты диссертаций должны публиковаться просто в научных, действительно рецензируемых, журналах – без всяких списков. Но пока ввести такое правило в нашей стране невозможно» [1].
Стоит отметить, что совершенно разумные доводы М. Кирпичникова довольно часто заканчиваются тупиковой фразой «это пока невозможно», «к этому научное сообщество еще не готово». Движение науки в России к нормальному состоянию откладывается на далекую перспективу. Скорее всего, сейчас руководителю ВАК не до критериев и списков – его главные усилия направлены на то, чтобы изменить статус комиссии, получить больше степеней свободы, переведя её под прямое подчинение председателя Правительства РФ. Однако нам кажется, что любые реформы, даже такие, казалось бы, простые, как пересмотр Перечня научных журналов и изданий, должны быть серьезно обдуманы и обсуждены с ведущими российскими учеными. Иначе получается, что ВАК действует по принципу «шаг вперед, два шага назад», способствуя тому, что стирается грань между наукой, околонаукой и псевдонаукой.
Существование в одном списке ведущих авторитетных журналов с более-менее серьезным peer-review и никому неизвестными изданиями с сомнительной репутацией приводит к тому, что границы между хорошей и плохой наукой просто стираются. Зачем соискателю кандидатской степени стремится к публикации в ведущем научном журнале, если список менее требовательных изданий столь велик? Редактора ведущих академических журналов говорят о том, «отклоненные нашими рецензентами и редколлегией журнала статьи часто без исправлений публикуются в менее требовательных журналах» (из статьи Ю. Наточина «Все на выборы!») [16].
Особенно примечателен такой феномен списка ВАК как журналы – «многостаночники», в которых можно публиковать статьи по весьма далекому другу от друга кругу научных дисциплин и речь здесь не идет о междисциплинарности. В качестве примера, можно привести научно-технический журнал «Двигатель» – «докторский» сразу по пяти дисциплинам: энергетике, экономике, философии, социологии и культурологии. Еще один «многостаночник» – «Вестник МГТУ – труды Мурманского государственного технического университета», имеющий право публиковать кандидатские исследования по философии, а также кандидатские и докторские по машиностроению.
В июле 2007 г. в список ВАК вернулись многие из тех изданий, который были исключены из него в ноябре 2006 г. По-видимому, все из них выполнили требование о наличии подписки. Вернулись в список ВАК такие журналы по физико-математическим наукам как «Астрономический вестник», «Вопросы электромеханики», «Геофизика», «Гравитация и космология», «Компьютерная оптика», «Материаловедение», «Ядерные измерительно-информационные технологии» и другие. Стоит отметить возвращение в список ВАК «Социологического журнала» – одного из наиболее серьезных академических изданий по социологии в России. Снова «в строю» – такие журналы как «Гуманитарные и социально-экономические науки», «Философия науки» и другие.
Соискатели степеней по экономическим специальностям теперь снова смогут публиковать свои статьи в журналах «Экономист», «Экономика сельского хозяйства России», «Экономический журнал ГУ-ВШЭ». Среди свежевключенных изданий по экономике – «Банковские услуги», «Микроэкономика», «Пространственная экономика», «Региональная экономика: теория и практика», и многие другие.
К радости искусствоведов в список ВАК вернулся журнал «Театральная жизнь». Впервые в список попали журналы «Балет», «Дом Бурганова. Пространство культуры», «Русское искусство», «Сцена», «Третьяковская галерея», «Вопросы театра», «Искусствознание» и другие. Интерес исследователей к творчеству великих русских писателей и поэтов отмечен такими изданиями как «Достоевский: Исследования и материалы», «Александр Блок: Исследования и материалы», «Ежегодник Рукописного отдела Пушкинского Дома», «Пушкин и его современники», «Пушкин: исследования и материалы».
Интенсивное внимание государства к развитию нанотехнологий не могло не сказаться на появлении в Перечне научных журналов новых изданий по этой или близкой тематике. Среди них: «Нанотехника» и «Российские нанотехнологии». Среди впервые попавших в список ВАК – журналы «Мембраны», «Сверхкритические флюиды: теория и практика», «Химическая физика и мезоскопия», «Химия гетероциклических соединений» и другие.
Список ВАК значительно пополнился журналами по медицине и фармакологии. Более 30 медицинских журналов («Астма», «Боль», «Антибиотики и химиотератия» и др.) были в старом списке ВАК (2001-2005 гг.), а теперь вернулись вновь. Среди новичков: «Андрология и генитальная хирургия», «Вестник Военно-медицинской академии», «Вестник Национального медико-хирургического центра им. Н.И. Пирогова» и другие.
Сильно выросло число журналов и изданий по юридической тематике: «Адвокат», «Адвокатская практика», «Бизнес в законе», «Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения», «Землеустройство, кадастр и мониторинг земель», «Информационное право», «Ленинградский юридический журнал», «Международное право – International Law», «Нотариальный вестник», «Нотариус», «Ученые записки юридического факультета», «Юридическое образование и наука», «Юриспруденция», «Юрист», «Юрист ВУЗа». Журнал «Современное право» вернулся в список ВАК после года отсутствия.
В июле 2007 г. список ВАК был дополнен вестниками и известиями больших и малых вузов России. Вернулись такие издания как «Вестник Белгородского университета потребительской кооперации», «Вестники РУДН» и другие. Среди новых: «Аспирантский вестник Поволжья», «Вестник Алтайского государственного аграрного университета», «Вестник Бурятской государственной сельскохозяйственной академии», «Вестник Брянского государственного технического университета» и многие другие, очевидно представляющие совершенно разную значимость для науки.
Стоит отметить, что список ВАК не очень удобен в работе: чтобы найти издания по отдельной специальности, нужно пролистать все 62 страницы июльского перечня. Филологи уже проделали кропотливую работу и здесь можно скачать список обязательных изданий по филологии.
Пожалуй, многие ведущие ученые, наблюдая за видоизменениями списка ВАКа, могут только развести руками. Анализ последних версий Перечня научных журналов и изданий показывает, что Высшая Аттестационная Комиссия пока не определилась с главным вектором своих устремлений – движемся ли мы на встречу мировой науке или же стремимся создать свою суверенную, но, увы, провинциальную науку. Список ВАК можно воспринимать и как меру по протекционизму российской науки, и как пример российского ГОСТа для науки. Однако протекционизм для российских потребителей хорош, лишь тогда, когда качество изделий, выпускаемых в данной стране, не хуже, чем на Западе, а ГОСТ должен обеспечивать создание изделий только первого сорта. В науке, как и кулинарии, осетрины второго сорта не бывает.
Столь невнятные реформы, приводящие к прямо противоположным результатам, стали причиной прозвучавших призывов полностью ликвидировать сам список ВАК и институцию, его издавшую: «Я – за ликвидацию и списка ВАК, и ВАК как такового», – пишет Владимир Гельман, политолог из Санкт-Петербурга. «Это милейшее учреждение отняло у меня несколько лет жизни (1976-1980) – и не думаю, чтобы там что-либо изменилось к лучшему», – поддерживает его известный психолог, лингвист Ревекка Фрумкина.
Что же делать со списком ВАК?
Если считать ликвидацию списка ВАК и самой Высшей Аттестационной Комиссии шагом далекого будущего, достойным лишь пера научных фантастов, то каковы должны быть принципы отбора научных журналов и изданий в данный список?
На наш взгляд, правила включения/исключения изданий из списка ВАК, отнесения журнала к той или иной специальности должны быть четкими и ясными. Данная процедура должна быть гласной и совершенно прозрачной для научной общественности и, по возможности, максимально основываться на формальных количественных критериях.
Для журналов по естественнонаучным, техническим и медицинским специальностям за может быть взят уже упоминавшийся выше импакт-фактор, вычисляемый Институтом научной информации (ISI) и публикуемый в Journal Citation Records (JCR). По состоянию на 2006 г. таких журналов из России с ненулевым импакт-фактором – 107.
Много это или мало для российской science? Мы обратились к ряду экспертов с просьбой оценить список ВАК (их полные ответы приводятся ниже), в т.ч. попросили назвать те российские научные журналы по их тематике, которые находятся на уровне мировой науки. Список, предложенный каждым из экспертов (по физике, химии, молекулярной биологии), не превышал пяти наименований.
Ведущий научный сотрудник химического факультета МГУ, доктор химических наук Галина Цирлина в своем комментарии "Полит.ру" отметила, что «люди, которые ввели список ВАК, расписались в желании иметь р
(авторизуйтесь для просмотра ссылок)
«Прогресс науки обратно пропорционален числу выходящих журналов» – этот шестой закон Паркинсона мог бы стать эпиграфом к июльской редакции списка научных журналов и изданий ВАК. Главный закон российской политики последних лет «все построить и все упорядочить» привел к тому, что и так не очень успешно работающее peer-review в России все более подменяется неэффективным в науке state-review. Так и не возродившаяся в полной мере российская «республика ученых» теряет возможности и стимулы для самоорганизации и самоочищения, а роль главного научного рецензента в России исполняет не профессиональное научное сообщество, а государство в лице, в большинстве своем некомпетентных в науке чиновников.
"Полит.ру" уже не раз обращалось к феномену списка ВАК, обсуждая его как с самим председателем Высшей Аттестационной Комиссии, академиком Михаилом Кирпичниковым (интервью Ольги Орловой), так и анализируя декабрьскую версию списка и отклики ученых на его публикацию (эссе Алексея Куприянова) [1, 2]. Мы провели опрос среди ряда российских ученых с просьбой прокомментировать июльскую версию списка ВАК. Результаты опроса смотрите ниже.
Новейшая история Перечня научных журналов и изданий ВАК такова. Он был введен в 2001 году, опубликован в «Бюллетене ВАК» №1 за 2002 год и, по мнению нынешнего куратора списка, начальника отдела диссертационных советов Управления государственной аттестации научных и научно-педагогических работников Рособрнадзора Владимира Мамаева, стал «важным рубежом для системы аттестации научно-педагогических кадров».
Между тем В. Мамаев отмечает, что «в целом для системы аттестации вопрос о “ваковском” перечне журналов – вторичный. Первичным и основным звеном в борьбе за качество работ являются диссертационные советы» и сетует, что «к сожалению, у нас до сих пор не принято Положение о диссертационном совете» (уже после публикации этого интервью в «Поиске» в декабре 2006 г., положение было принято Приказом Минобрнауки от 9 января 2007 г. №2 и опубликовано на сайте ВАК 7 марта 2007 г.). Он объясняет ввод Перечня ВАК тем, что в конце 1990-х гг. происходил лавинообразный рост числа журналов и изданий, «многие из которых называли себя научными», а «для экспертов ВАК журналы, в которых выходили статьи защищающихся, были совершенно незнакомы» [3].
По словам представителя Рособрнадзора, журналы из Перечня – это своеобразная трибуна, «с которой ученый заявляет о своем вкладе в науку». Воспользовавшись удачной метафорой В. Мамаева, читатель легко представит себе высокую трибуну нормальной международной науки, голос ученого с которой слышен и понятен коллегам всех стран мира, и стоящую вдалеке трибуну «Российская наука по версии ВАК», которая, к сожалению, по большей части, находится вне зоны видимости и слышимости для мировой науки. Если попасть на одну трибуну – довольно сложно и почетно, речи (статьи) должны быть тщательно проверены как самими авторами, так и рецензентами ведущих научных журналов мира, то доступ на другую предоставляется авторам совершенно разного уровня, как профессионалам, так и некомпетентным лицам. С трибуны «списка ВАКа» звучат заявления о научном вкладе, как прошедшие профессиональное рецензирование, так и без него, и порой единственным критерием для публикации является наличие щедрого финансового взноса в редколлегию того или иного журнала или издания.
Вообразив все это, читатель, возможно, спросит: Зачем же нужны две разные трибуны? «Прыгаем» ли мы в два разных «бассейна» или «бассейн» мировой науки все-таки один? Есть ли шансы, что, научившись «прыгать» с низенького и легкодоступного бортика «списка ВАК», российские ученые станут «нырять» в мировую науку с более высокой трибуны общемировой науки? Что можно сделать для того, чтобы российской науке не требовалась эксклюзивная трибуна для прыжков? Для ответа на этот вопрос рассмотрим физические характеристики: длину, ширину и высоту сектора для «прыжков» в российскую науку и динамику его изменений за 2001-2007 годы.
Трибуна российской науки
Первый список ВАКа содержал 640 российских журналов и изданий, носил рекомендательный характер и предназначался, прежде всего, для соискателей докторской степени. Через пару лет руководству ВАК показалось, что «перечень хорошо дисциплинирует соискателей» и надо развивать этот инструмент [3]. В 2002 году появилось формальное требование, что список ВАК обязателен для публикаций соискателей докторских степеней. В «Положении о порядке присуждения ученых степеней», утвержденном постановлением Правительства Российской Федерации от 30 января 2002 года №74 и опубликованном на сайте ВАК 14 октября 2002 года говорилось: «Основные научные результаты диссертации должны быть опубликованы в научных изданиях. Основные научные результаты докторской диссертации должны быть опубликованы в ведущих рецензируемых научных журналах и изданиях. Перечень указанных журналов и изданий определяет ВАК» (пункт 11).
Однако правило, касающееся необходимости опубликования работ в журналах из списка ВАК, фактически стало действовать только с 1 июля 2004 года. 8 июня 2004 года руководителям докторских диссертационных советов было разослано письмо Президиума ВАК, в котором говорилось, что докторские диссертации, «…защищенные после 1 июля 2004 года без опубликования основных научных результатов в ведущих научных журналах и изданиях» в Перечне ВАКа, « будут отклонены в связи с нарушением п. 11 Положения о порядке присуждения ученых степеней».
Заметим, что список не содержал ни одного ведущего международного журнала, что создавало определенные трудности для тех соискателей российской докторской степени, кто предпочитал публиковаться только в зарубежных научных журналах.
Список корректировался, видоизменялся и к 2005 г. содержал около 1100 наименований – простой перечень журналов и изданий без указаний кандидатской или докторской специализации или научной дисциплины. В мае-июне 2005 г. Президиум ВАК к основному списку А добавил список Б (опубликован в «Бюллетене ВАК», №4, 2005 г.). В нем, по-прежнему, не было ни одного международного журнала, зато появилось множество ведомственных журналов, в т.ч. 75 журналов с названием «Вестник…». Как отметил в декабре 2005 г. профессор, председатель докторского диссертационного совета при СПбГУ Константин Холшевников, с введением в действие списка Б все плюсы от введения списка ВАК исчезли, остались лишь минусы [4].
В это время, в течение 2004-2005 гг., ВАК находился в подвешенном состоянии как орган при уже несуществующем Министерстве образования РФ. Затем статус ВАК был, наконец, утвержден (он стал комиссией при Минобрнауки), и руководителя ВАК Г. Месяца сменил новый глава ВАК М. Кирпичников (сообщение на сайте ВАК от 8 января 2006 г.). ВАК и Министерство образования и науки стимулировали ряд реформ, направленных на улучшение качества научной аттестации. В частности, был кардинально пересмотрен Перечень научных журналов и изданий, и что более важно – его статус стал носить обязательный характер уже и для соискателей кандидатских степеней.
В новой редакции «Положения о порядке присуждения ученых степеней» с учетом изменений, внесенных Постановлением Правительства РФ от 20 апреля 2006 г. № 227 пункт 11 гласил: «Основные научные результаты докторской диссертации должны быть опубликованы в ведущих рецензируемых научных журналах и изданиях. Результаты кандидатской диссертации должны быть опубликованы хотя бы в одном ведущем рецензируемом журнале или издании. Перечень указанных журналов и изданий определяется ВАК».
Согласно разъяснению Президиума ВАК от 19 апреля 2007 г., Перечень ведущих рецензируемых научных журналов и изданий стал рассматриваться как один из инструментов подъема уровня требований к системе экспертизы в российской науке и контроля над тем, чтобы публикации соискателей учёных степеней были актуальными, качественными и содержали научную новизну.
Теперь соискатель, желающий получить российскую степень кандидата наук, должен формально опубликовать как минимум одну статью в журнале из списка ВАК (хотя советы при ведущих вузах и институтах фактически могут потребовать не менее 3 статей, а по физмат и естественно-научным специальностям от соискателя даже наличия хотя бы одной публикации в международном общепризнанном издании).
Необходимое число статей для будущего доктора наук в новой редакции Положения не определено – обычно докторанты выходят на защиту не со статьями, а с научной монографией, однако в случае защиты докторской диссертации по совокупности работ (с разрешения экспертного совета ВАК на основании ходатайства диссертационного совета) нужно не менее пятидесяти публикаций в журналах из Перечня ВАК.
Удивительно, что, следуя логике вышеописанных реформ – есть список «хороших» научных журналов и идет работа по закрытию «плохих» диссертационных советов – ВАК не выступил с Перечнем «хороших» научных издательств, в которых докторант должен опубликовать свою книгу с результатами докторской диссертации. По словам ректора РГГУ Е. Пивовара, такая мысль у коллег из ВАКа действительно была, но «потом выяснилось, что в отличие от советского времени, когда были ведущие издательства, [сделать] это сейчас очень проблематично» [5].
Каковы же современные требования к докторской монографии в России? То же «Положение о порядке присуждения ученых степеней» гласит: «Диссертация в виде монографии является научным книжным изданием, содержащим полное и всестороннее исследование темы, прошедшим научное рецензирование и удовлетворяющим критериям, установленным настоящим Положением» (пункт 10). Как должно проходить это рецензирование – не сказано, и публикуемые в России докторские монографии, как и научные статьи, могут быть совершенно разного уровня. По мнению профессора, зам. декана по научной работе филологического факультета МГУ Анны Журавлевой, научное сообщество должно более строго отнестись к изданию докторских монографий. Она полагает, что такая монография «может быть опубликована в любом издательстве при условии, что будет рекомендована к печати редакционным советом какой-либо научной организации и иметь двух рецензентов. И совет, и рецензенты должны быть указаны в книге, и в случае отклонения диссертации ВАК нести профессиональную ответственность». Она также отмечает, что список ВАКа, устанавливаемый чиновниками, «вообще не нужен, хотя, видимо, нужна оговорка, что результаты работы не могут быть представлены исключительно в сборниках тезисов» [5].
Реформа списка ВАК 2006-2007 гг.
Главным шагом в пересмотре списка ВАК (новая версия которого была опубликована 30 ноября 2006 г.) стало введение дополнительного списка из 1423 международных научных журналов (скачать список). Не столь позитивно было воспринято другое нововведение – сокращение российского списка почти на 200 наименований. Для широкой научной общественности принципы сокращения остались неясными – список покинули не только «плохие» издания и журналы, но и вполне добротные, авторитетные издания. Сразу же появилась информация о различных злоупотреблениях со стороны тех журналов, которым посчастливилось остаться в списке: пользуясь своим эксклюзивным положением, некоторые редакции стали требовать с аспирантов деньги за публикацию их статей.
Кроме того, список российских журналов был усложнен, за научными изданиями закрепили определенные научные направления, а также статус кандидатского или докторского издания (последние стали помечаться «звездочкой» – *).
Уже цитировавшийся нами главный куратор этого списка В. Мамаев пояснил газете «Поиск», что он и его коллеги настаивали на более плавном введении нового Перечня, своего рода адаптационном периоде сроком минимум на один год, чтобы соискатели могли привыкнуть к новым правилам, однако такого срока им не дали: «Решение было жестким. Мы смягчили ситуацию в рамках наших полномочий. Специально оговорили, что статьи, которые опубликованы ранее или приняты в этом году к печати в журналах прежнего перечня, но не вошедших в новый, будут засчитываться» [3].
По его словам, главным инициатором корректировки Перечня стал М. Кирпичников. В ВАКе была создана комиссия во главе с академиком Владимиром Шуваловым, были определены основные критерии для подготовки нового перечня. Если реконструировать их из интервью В. Мамаева «Планируйте подвиг. Серьезные научные журналы придется штурмовать» и письма Президиума ВАКа от 30 ноября 2006 года, то эти критерии таковы:
1) «Журналы для апробации докторских исследований должны быть авторитетными, известными не только в России, но и за рубежом. Учитывался также индекс цитируемости изданий» [3];
2) В список рекомендованных зарубежных изданий вошли «наиболее известные в научном мире издания». По информации М. Кирпичникова, в список вошли те журналы, чей импакт-фактор по версии Института научной информации (ISI), публикуемой в журнале Journal Citation Reports, был больше двух;
3) Отбором изданий занимались экспертные советы при ВАК. «Журналы должны быть хорошо известны специалистам и доступны для широкого круга читателей», поэтому одним из «проходных условий» стало наличие свободной подписки и периодичность выхода не менее четырех выпусков в году. «Комиссия академика Шувалова направила экспертным советам …несколько списков: заявки от редакций на включение в перечень, нынешний перечень и список изданий из него, не имеющих индекса ни в одном из общероссийских подписных каталогов. …Издания, которые не смогли или не успели оформить соответствующие договоры, не вошли в перечень» [3]. Таким образом, в список вошли только те издания, которые имели периодичность не реже 4 раз в год и подписной индекс в одном из общероссийских каталогов (ОАО "Роспечать", Объединенный каталог "Пресса России" или Общероссийский каталог "Почта России");
4) Вестники и сборники научных трудов вузов и НИИ включались в перечень «при условии широкой известности конкретных изданий (серий) как в России, так и за рубежом, при этом ориентируя их, прежде всего, для публикации результатов кандидатских диссертационных исследований» [3];
5) Была уточнена тематическая направленность изданий.
К сожалению, каждый из этих критериев весьма уязвим для критики. Что касается первого критерия, то являются ли все докторские издания из списка ВАК авторитетными и известными не только в России, но и за рубежом? Очевидно, что нет. В 2006 г. только 110 российских журналов имели импакт-фактор по версии ISI, а список ВАК в разное время входили и входят 600-800 докторских изданий (см. таблицу ниже).
Говоря о втором критерии, стоит сказать, что включение зарубежных журналов – шаг, безусловно, позитивный. Однако к этим журналам ВАК применил подход очень напоминающий «средняя температура по больнице». По информации на сайте ISI, science версия журнала Journal Citation Reports охватывает 5900 журналов по более, чем 150 техническим, медицинским и естественным наукам, а его social science версия – 1700 журналов по более, чем 50 социогуманитарным дисциплинам. Известно, что у каждой научной дисциплины свои традиции цитирования и устанавливать абсолютный критерий «импакт-фактор больше 2», значит, проявить столь же абсолютное незнание в области наукометрии.
В весьма познавательной статье «Наукометрические методы и практики, рекомендуемые к применению в работе с российским индексом научного цитирования» заместителя директора по управлению электронными ресурсами библиотеки ГУ-ВШЭ Владимира Пислякова приводятся такие данные. Для естественнонаучных дисциплин средний импакт-фактор дисциплины в 2003 г. по данным Journal Citation Reports для клеточной биологии был равен 5,6, для органической химии – 2,2 и для математики – 0,5. Для общественных наук ситуация была столь же неоднородной: геронтология – 2,5, менеджмент – 1,0, история – 0,3. Средний импакт-фактор дисциплины рассчитывался как число всех ссылок, сделанных в 2003 г. на статьи, опубликованные в 2001-2002 гг. в журналах соответствующей дисциплины, деленное на количество этих статей [12, С. 17]. Как видим, критерий «IF больше 2» мог оставить «за бортом» многие издания по математике, органической химии и другим областям науки.
Как отмечает в своей статье В. Писляков, «средние импакты разных дисциплин могут отличаться в несколько раз и даже на порядок». Вышеприведенные цифры говорят о том, что в клеточной биологии каждая статья цитируется в течение двух последующих лет после выхода в среднем более пяти раз ежегодно, в то время как в математике — один раз за все два года. «Обусловлено это различными факторами – от активности развития той или иной отрасли и числа ученых, задействованных в ней, до общей «культуры цитирования», выражающейся, например, в среднем по дисциплине числе пунктов в пристатейной библиографии. Так или иначе, эти сведения показывают, что прямое сравнение импакт-факторов журналов из различных дисциплин не дает осмысленного результата и в большинстве случаев будет скорее отражать особенность научного направления, а не уровень самих журналов» [12, С. 17-18]. (Возможно, ВАКу стоит посоветовать использовать в качестве единого критерия качества научных журналов т.н. «нормированную позицию среди журналов» (normalised journal position). Рассчитанный по несложной методике нормированный показатель меняется от 1 до 0, и чем выше он, тем солиднее выглядят позиции журнала на фоне мировой науки [12, С. 19]).
Анализ зарубежных изданий в списке ВАК показывает, что он на 99% представлен журналами по science тематике. Куда же делись более 1700 зарубежных журналов по социогуманитарным дисциплинам? Неужели у всех из них импакт-фактор меньше 2? Оказывается, нет. У «Quarterly Journal of Economics», импакт-фактор равен 3,9, у «Journal of Accounting & Economics» IF=3,4, у «Annual Review of Sociology» (первое место по социологии, IF=3,3). Складывается впечатление, что про список журналов по social science по версии ISI в ВАКе просто забыли.
Введение формального принципа наличия подписки и ежеквартальной периодичности издания представляется многим ученым шагом также не совсем оправданным. Так, ректор РГГУ Е. Пивовар считает, что такое формальное требование «бьет» по тем академическим ежегодникам, «которые имеют огромный вес: «Средние века» - уникальный орган для медиевистов, но не является журналом» [5]. По информации ряда редакторов журналов, само требование наличия подписки стало для них неожиданным, ВАК не делал по этому поводу каких-либо предупреждений или публичных заявлений, и у редакций не было времени на подготовку.
Четвертый критерий показывает, что ВАК практически расписался в своем бессилии остановить вал низкокачественных кандидатских диссертаций, включив в Перечень малоизвестные вестники и сборники научных трудов вузов и НИИ. Слова «при условии широкой известности конкретных изданий (серий) как в России, так и за рубежом» выглядят, скорее, как насмешка.
Казалось бы, самый безобидный пятый критерий также был воспринят без аплодисментов. Ряд ученых выступили с жесткой критикой списка ВАК за то, что он активно работает против междисциплинарности, так необходимой современной науке, порождая ничем не объяснимые железобетонные барьеры между близкими науками. Часть исследователей обращает внимание на то, что в списке ВАК совершенно неясны принципы предоставления журналам права публиковать результаты исследования по докторским диссертациям: многие авторитетные журналы их не получили, а некоторые совершенно неизвестные – имеют. Также не совсем понятны принципы распределения журналов по дисциплинам.
В публикациях с отзывами на новый список ВАК ученые озвучили несколько другие критерии для формирования высокого Перечня: а) финансовый б) географический. Многие коллеги сошлись в том, что поскольку кандидаты и доктора наук теперь получают надбавку за степень, главным стремлением коллег из ВАКа было просто сократить список журналов, сэкономить деньги, уменьшив число защит. Вячеслав Глазычев, профессор МАРХИ, в свою очередь, предположил, что коллеги из ВАК руководствовались принципом механического растаскивания изданий «по карте страны, чтобы выглядело демократично. …От этой реформы такое впечатление, что аккуратненько, где попало, накололи точки на карте страны» [5]. «Может мне поплясать с бубном?», – замечает один коллега, по-видимому, этнограф, фиксируя совершенно непонятный механизм удаления, возврата и добавления журналов в список ВАК.
Неявные для большинства ученых принципы формирования Перечня, возросшая коррупция в научно-образовательной сфере, вызвали критику не только многих исследователей, но и экспертов Федеральной антимонопольной службы [10]. В мае была опубликована новая редакция списка из 913 журналов и изданий. Публикацию предваряло разъяснительное письмо Президиума ВАК от 19 апреля 2007 г., в котором говорилось, что ВАК учла опыт аттестационной работы в 1 квартале 2007 года, а также предложения, поступившие из отделений РАН и других государственных академий, советов и ассоциаций ректоров вузов и «провела дополнительную коррекцию узких мест, вызывающих напряжения при публикации научных материалов аспирантами и соискателями. В мае - июне 2007 года расширена тематическая направленность значительного числа включенных в Перечень изданий, при этом особое внимание обращалось на обеспеченность журналами регионов». В письме также говорилось, что перечень журналов и изданий будет корректироваться ежегодно и делался анонс новой уточненной июльской версии.
Новый расширенный Перечень ВАК действительно появился в первой половине июля 2007 года, в нем содержалось уже 1319 наименований. Таким образом, по сравнению с декабрем список ВАК был дополнен более 400-ми изданиями и журналами, т.е. увеличился почти наполовину (45%). Новый список почти в полтора раза больше сокращенной декабрьской версии и даже на 20% больше дореформенного. Спрашивается: за что боролись? Как справедливо заметил доктор биологических наук, один из лидеров проекта Scientific.ru Михаил Гельфанд, «результат расширения списка привел к тому, что его существование стало бессмысленным: по-моему, теперь уже нет издания, которое объявляет себя научным и не входит в список» (подробнее комментарий М.Г. см. ниже).
Перевод нескольких версий списков ВАК [6] из Word в Excel позволил нам составить следующую таблицу:
Таблица 1. Как менялось количество изданий в списке ВАК в 2000-2007 гг.
(основана на информации в СМИ и собственных подсчетах автора статьи)
Анализ трех последних «послереформенных» версий позволяет сделать вывод, что на первом этапе с декабря 2006 г. по май 2007 г. список ВАК претерпел только качественные изменения. Аттестационной комиссии удалось сдержать «контрнаступление» научной общественности и сохранить общее число изданий, однако более ста журналов из этого списка были повышены в статусе, получив возможность публиковать изыскания по докторским диссертациям.
Ближе к лету ВАК решил действовать по принципу «чем бы дитя не тешилось, лишь бы не плакало», по сути, одобрив возврат к дореформенному status quo. Общее число изданий опять значительно выросло, в то время как доля «докторских» журналов снизилась за счет роста числа обычных, «кандидатских» журналов. По мнению ряда экспертов, эти изменения носят в т.ч. и предвыборный характер – ликвидировать любые раздражители, спокойствие научного сообщества превыше всего. Возможно, российский список был также расширен, чтобы «уравновесить» его с обширным списком зарубежных научных журналов и изданий.
В интервью Радио «Свобода» (25 июля 2007 г.) М. Кирпичников пояснил, что «…после того, как 900 наименований российских журналов были опубликованы, посыпался вал предложений от журналов. Поначалу было принято решение, что пересмотр будет не раз в пять лет, как было раньше, а раз в году в конце года. Мы это сделали 1 января 2007 года и думали, что следующий пересмотр будет 1 января 2008 года. Но в первый год мы решили сделать сессию сейчас, в мае-июле. И несколько дней тому назад опубликована новая версия с расширением списка российской части журналов до 1300 с лишним российских журналов. Думаю, что это во многом снимет то напряжение, которое было создано» [7].
Далее, академик Кирпичников, реагируя на критику по коррупциогенности данного списка, добавил, что на сайте ВАК был опубликован «некий комментарий к тому, как вообще редакции журналов должны себя вести в этой ситуации по отношению к соискателям». Действительно, в пояснении к Перечню ВАК (30 ноября 2006 г.) написано: «Высшая аттестационная комиссия Министерства образования и науки РФ обращает внимание редакционных советов и лично редакторов отечественных журналов и изданий, включённых в Перечень на необходимость оказания оперативной и бескорыстной поддержки аспирантам и соискателям в опубликовании научных материалов».
Председатель ВАК через эфир радиостанции попросил соискателей, «которые сталкиваются со случаями злоупотреблений, вымогательства [от редакций], немедленно сообщать это в ВАК. …Кроме общего заявления о том, что идет вымогательство, никаких конкретных сообщений не поступает, а это, по существу, не дает ВАКу возможность что-либо предпринять». Кирпичников подчеркнул, что возможности ВАКа по борьбе со злоупотреблениями ограничены, это дело, скорее, Комитета по печати. Узнав о случаях коррупции, ВАК может лишь исключить тот или иной журнал из своего списка. «В конце года мы проведем очередную сессию журналов, и я думаю, что там будут журналы, которые будут исключены из этого списка» [7].
Принципы составления данного Перечня научных журналов и изданий остаются по-прежнему не ясны. На интернет-конференции 23 марта 2006 г. в компании «Гарант» глава ВАК говорил: «это должен быть перманентно меняющийся список. Должны быть выработаны правила игры. Необходимо определить, каким образом должен меняться список, что он должен учитывать...» (этот фрагмент уже цитировался А. Куприяновым в его эссе о списке ВАК) [9].
Тогда же М. Кирпичников заявил, что «по наиболее горячим вопросам, в том числе и по списку журналов, мы будем создавать экспертные рабочие группы. И сейчас поставлена задача, накоплен опыт до того, как мы придем к очередному рассмотрению списка журналов и, соответственно, вопросов, связанных с импакт-фактором журнала и индекса цитирования автора. Вот я бы очень хотел, чтобы комиссия, которая будет у нас функционировать, подготовила свои предложения по ряду вопросов: по списку журналов, по учету импакт-фактора журнала, в том числе по индексу цитирования. То есть эта работа предполагается. Каким будет результат, я думаю, мы узнаем осенью этого года, когда комиссия закончит свою работу» [9]. Осень 2006 года уже давно прошла, а ясных и четких критериев формирования списка ВАК так и не появилось.
Многие ведущие ученые (отклики некоторых из них мы публикуем ниже) говорят, что список ВАК – это нелепость и анахронизм. Однако Михаил Кирпичников в интервью "Полит.ру" отметил, что отказаться от особого российского списка журналов и изданий нет никакой возможности: «Если их отбирать по тому же принципу, что мы отбирали иностранные, – т.е. по импакт-фактору, составляющему больше двух, – лишь несколько российских журналов может попасть в этот список, да и то – по редким специальностям. А ведь у нас огромная страна… Где же смогут опубликоваться те тысячи соискателей, которые сейчас пишут свои научные труды? В конечном счете, хорошо бы, чтобы этот список вообще перестал существовать, потому что, в идеале, результаты диссертаций должны публиковаться просто в научных, действительно рецензируемых, журналах – без всяких списков. Но пока ввести такое правило в нашей стране невозможно» [1].
Стоит отметить, что совершенно разумные доводы М. Кирпичникова довольно часто заканчиваются тупиковой фразой «это пока невозможно», «к этому научное сообщество еще не готово». Движение науки в России к нормальному состоянию откладывается на далекую перспективу. Скорее всего, сейчас руководителю ВАК не до критериев и списков – его главные усилия направлены на то, чтобы изменить статус комиссии, получить больше степеней свободы, переведя её под прямое подчинение председателя Правительства РФ. Однако нам кажется, что любые реформы, даже такие, казалось бы, простые, как пересмотр Перечня научных журналов и изданий, должны быть серьезно обдуманы и обсуждены с ведущими российскими учеными. Иначе получается, что ВАК действует по принципу «шаг вперед, два шага назад», способствуя тому, что стирается грань между наукой, околонаукой и псевдонаукой.
Существование в одном списке ведущих авторитетных журналов с более-менее серьезным peer-review и никому неизвестными изданиями с сомнительной репутацией приводит к тому, что границы между хорошей и плохой наукой просто стираются. Зачем соискателю кандидатской степени стремится к публикации в ведущем научном журнале, если список менее требовательных изданий столь велик? Редактора ведущих академических журналов говорят о том, «отклоненные нашими рецензентами и редколлегией журнала статьи часто без исправлений публикуются в менее требовательных журналах» (из статьи Ю. Наточина «Все на выборы!») [16].
Особенно примечателен такой феномен списка ВАК как журналы – «многостаночники», в которых можно публиковать статьи по весьма далекому другу от друга кругу научных дисциплин и речь здесь не идет о междисциплинарности. В качестве примера, можно привести научно-технический журнал «Двигатель» – «докторский» сразу по пяти дисциплинам: энергетике, экономике, философии, социологии и культурологии. Еще один «многостаночник» – «Вестник МГТУ – труды Мурманского государственного технического университета», имеющий право публиковать кандидатские исследования по философии, а также кандидатские и докторские по машиностроению.
В июле 2007 г. в список ВАК вернулись многие из тех изданий, который были исключены из него в ноябре 2006 г. По-видимому, все из них выполнили требование о наличии подписки. Вернулись в список ВАК такие журналы по физико-математическим наукам как «Астрономический вестник», «Вопросы электромеханики», «Геофизика», «Гравитация и космология», «Компьютерная оптика», «Материаловедение», «Ядерные измерительно-информационные технологии» и другие. Стоит отметить возвращение в список ВАК «Социологического журнала» – одного из наиболее серьезных академических изданий по социологии в России. Снова «в строю» – такие журналы как «Гуманитарные и социально-экономические науки», «Философия науки» и другие.
Соискатели степеней по экономическим специальностям теперь снова смогут публиковать свои статьи в журналах «Экономист», «Экономика сельского хозяйства России», «Экономический журнал ГУ-ВШЭ». Среди свежевключенных изданий по экономике – «Банковские услуги», «Микроэкономика», «Пространственная экономика», «Региональная экономика: теория и практика», и многие другие.
К радости искусствоведов в список ВАК вернулся журнал «Театральная жизнь». Впервые в список попали журналы «Балет», «Дом Бурганова. Пространство культуры», «Русское искусство», «Сцена», «Третьяковская галерея», «Вопросы театра», «Искусствознание» и другие. Интерес исследователей к творчеству великих русских писателей и поэтов отмечен такими изданиями как «Достоевский: Исследования и материалы», «Александр Блок: Исследования и материалы», «Ежегодник Рукописного отдела Пушкинского Дома», «Пушкин и его современники», «Пушкин: исследования и материалы».
Интенсивное внимание государства к развитию нанотехнологий не могло не сказаться на появлении в Перечне научных журналов новых изданий по этой или близкой тематике. Среди них: «Нанотехника» и «Российские нанотехнологии». Среди впервые попавших в список ВАК – журналы «Мембраны», «Сверхкритические флюиды: теория и практика», «Химическая физика и мезоскопия», «Химия гетероциклических соединений» и другие.
Список ВАК значительно пополнился журналами по медицине и фармакологии. Более 30 медицинских журналов («Астма», «Боль», «Антибиотики и химиотератия» и др.) были в старом списке ВАК (2001-2005 гг.), а теперь вернулись вновь. Среди новичков: «Андрология и генитальная хирургия», «Вестник Военно-медицинской академии», «Вестник Национального медико-хирургического центра им. Н.И. Пирогова» и другие.
Сильно выросло число журналов и изданий по юридической тематике: «Адвокат», «Адвокатская практика», «Бизнес в законе», «Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения», «Землеустройство, кадастр и мониторинг земель», «Информационное право», «Ленинградский юридический журнал», «Международное право – International Law», «Нотариальный вестник», «Нотариус», «Ученые записки юридического факультета», «Юридическое образование и наука», «Юриспруденция», «Юрист», «Юрист ВУЗа». Журнал «Современное право» вернулся в список ВАК после года отсутствия.
В июле 2007 г. список ВАК был дополнен вестниками и известиями больших и малых вузов России. Вернулись такие издания как «Вестник Белгородского университета потребительской кооперации», «Вестники РУДН» и другие. Среди новых: «Аспирантский вестник Поволжья», «Вестник Алтайского государственного аграрного университета», «Вестник Бурятской государственной сельскохозяйственной академии», «Вестник Брянского государственного технического университета» и многие другие, очевидно представляющие совершенно разную значимость для науки.
Стоит отметить, что список ВАК не очень удобен в работе: чтобы найти издания по отдельной специальности, нужно пролистать все 62 страницы июльского перечня. Филологи уже проделали кропотливую работу и здесь можно скачать список обязательных изданий по филологии.
Пожалуй, многие ведущие ученые, наблюдая за видоизменениями списка ВАКа, могут только развести руками. Анализ последних версий Перечня научных журналов и изданий показывает, что Высшая Аттестационная Комиссия пока не определилась с главным вектором своих устремлений – движемся ли мы на встречу мировой науке или же стремимся создать свою суверенную, но, увы, провинциальную науку. Список ВАК можно воспринимать и как меру по протекционизму российской науки, и как пример российского ГОСТа для науки. Однако протекционизм для российских потребителей хорош, лишь тогда, когда качество изделий, выпускаемых в данной стране, не хуже, чем на Западе, а ГОСТ должен обеспечивать создание изделий только первого сорта. В науке, как и кулинарии, осетрины второго сорта не бывает.
Столь невнятные реформы, приводящие к прямо противоположным результатам, стали причиной прозвучавших призывов полностью ликвидировать сам список ВАК и институцию, его издавшую: «Я – за ликвидацию и списка ВАК, и ВАК как такового», – пишет Владимир Гельман, политолог из Санкт-Петербурга. «Это милейшее учреждение отняло у меня несколько лет жизни (1976-1980) – и не думаю, чтобы там что-либо изменилось к лучшему», – поддерживает его известный психолог, лингвист Ревекка Фрумкина.
Что же делать со списком ВАК?
Если считать ликвидацию списка ВАК и самой Высшей Аттестационной Комиссии шагом далекого будущего, достойным лишь пера научных фантастов, то каковы должны быть принципы отбора научных журналов и изданий в данный список?
На наш взгляд, правила включения/исключения изданий из списка ВАК, отнесения журнала к той или иной специальности должны быть четкими и ясными. Данная процедура должна быть гласной и совершенно прозрачной для научной общественности и, по возможности, максимально основываться на формальных количественных критериях.
Для журналов по естественнонаучным, техническим и медицинским специальностям за может быть взят уже упоминавшийся выше импакт-фактор, вычисляемый Институтом научной информации (ISI) и публикуемый в Journal Citation Records (JCR). По состоянию на 2006 г. таких журналов из России с ненулевым импакт-фактором – 107.
Много это или мало для российской science? Мы обратились к ряду экспертов с просьбой оценить список ВАК (их полные ответы приводятся ниже), в т.ч. попросили назвать те российские научные журналы по их тематике, которые находятся на уровне мировой науки. Список, предложенный каждым из экспертов (по физике, химии, молекулярной биологии), не превышал пяти наименований.
Ведущий научный сотрудник химического факультета МГУ, доктор химических наук Галина Цирлина в своем комментарии "Полит.ру" отметила, что «люди, которые ввели список ВАК, расписались в желании иметь р
1 сообщение
• Страница 1 из 1
Кто сейчас на конференции
Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 2